Её колени стоят на коричневом ковре. Она на коленях перед ним, он стоит. Её рубашка в клетку ещё на ней. Его волосатые ноги в чёрных шортах перед её лицом. Она не двигается первые мгновения, просто стоит так на коленях, её руки лежат на её бёдрах. Потом она наклоняется вперёд, её губы касаются его ноги выше колена. Она отстраняется, снова наклоняется, снова целует его ногу. Он не двигается, стоит перед ней, смотрит вниз.
На коленях перед ним
Она отстраняется во второй раз. Её руки поднимаются к пуговицам её рубашки. Пальцы расстёгивают одну пуговицу, потом следующую, медленно, сверху вниз. Рубашка расходится, открывает кожу живота, пирсинг в пупке. Она стягивает рубашку с плеч, сбрасывает её. Рубашка падает на ковёр рядом с её коленями. Она сидит на своих пятках, её грудь обнажена, её спина прямая. Она снова наклоняется к его ноге. Её язык с пирсингом касается его кожи. Она целует его ногу, потом поднимает голову и смотрит на него снизу вверх. Он по-прежнему стоит, его руки висят вдоль тела.
Минуте к десятой
Она откидывается назад, её спина касается ковра. Руки её лежат вдоль тела, ладонями вверх, пальцы слегка шевелятся, натыкаясь на ворс. Он не двигается, стоит над ней, смотрит вниз. Она лежит на спине, и её взгляд направлен в потолок, но она не смотрит на него, её глаза полуприкрыты. Он переступает с ноги на ногу, его волосатая голень оказывается рядом с её лицом. Она не поворачивает головы, только губы её приоткрываются. Он двигает ногой чуть ближе, и её рот находит его кожу. Она не кусает, не целует, просто прикасается губами к его ноге, чуть ниже колена. Он замирает. Её язык с металлическим шариком пирсинга скользит по волосам на его коже, медленно, почти незаметно. Дальше она не двигается, лишь этот едва уловимый жест языком продолжается, монотонно, будто сама собой. Его нога так и остаётся в этом положении, тяжёлая и неподвижная, у неё во рту. Они оба не меняют позы ещё долгое время, может быть, минуту, может быть, две. Потом он отводит ногу, и её губы, влажные теперь, остаются приоткрытыми в пустоте.
В ванной на белой плитке
Вещь, которая остаётся на ней всю дорогу
Она переносит свой вес на него, садится сверху, а он лежит на спине на холодной белой плитке ванной комнаты. Его ноги вытянуты, ступни опираются о чёрную плитку стены под раковиной. Её колени стоят по бокам от его бёдер, её руки лежат на его груди, пальцы слегка вжимаются в кожу. Он не двигает руками, они лежат вдоль тела, ладонями вниз на плитке. Белое полотенце, сбитое в ногах, остаётся нетронутым. Она медленно раскачивается вперёд и назад, её движения почти незаметны, только лёгкое смещение точки соприкосновения их тел. Он смотрит в потолок, его голова неподвижна. Она наклоняется ниже, её грудь касается его груди, её волосы падают ему на лицо, но он не отводит головы в сторону. Её серьги-кольца задевают его кожу, оставляя лёгкие холодные следы. Она снова выпрямляется, садится прямо, её спина выгибается, руки скользят с его груди вниз, к его животу.
- Она переносит ладони с его груди на его живот.
- Она приподнимает бёдра, смещаясь на сантиметр выше.
- Она наклоняет голову вправо, меняя угол.
- Она проводит языком по своим губам.
- Она опускает одну руку, опирается ею о плитку рядом с его плечом.
- Она слегка поворачивает таз, будто ищет новое положение.
- Она снова кладёт обе руки на его грудь, пальцы расставлены.
Её движения малы и почти не меняют общей картины, только едва уловимо корректируют их позу. Он продолжает лежать неподвижно, его дыхание ровное, глаза открыты. Её пирсинг в пупке неподвижен, металл блестит при каждом её смещении. Она снова замирает, сидит прямо на нём, её взгляд направлен куда-то мимо его лица, в сторону чёрной двери душевой кабины. Потом она снова начинает раскачиваться, едва заметно, будто подчиняясь какому-то внутреннему ритму, который не виден со стороны. Он не отвечает на это движение, его тело остаётся пассивным под ней, принимающим её вес и её мелкие корректировки. Так проходит несколько минут, заполненных только этим тихим, почти ритуальным движением вперёд и назад на холодной белой плитке.
Минута тридцатая
Было и стало
Она поднимается с него, с мокрой от воды плитки ванной, и он следует за ней, их движения синхронны и лишены паузы, как будто одно перетекает в другое без решения и без остановки. Он идёт к чёрной сумке, стоявшей всё это время у белой стены, наклоняется, копается в ней несколько секунд, спина его напряжена, ноги волосатые и прямые. Он выпрямляется, и в его руке теперь фиолетовый вибратор, длинный и изогнутый, он держит его за середину, как палку, и поворачивается к ней. Она уже ждёт его на коричневом ковре, легла на живот, повернув голову в его сторону, её рубашка в клетку скомкана и отброшена к ножке белого стола, серьги-кольца качаются от движения, пирсинг в языке мелькает между губами. Он опускается рядом с ней на колени, кладёт одну руку ей на спину, чуть ниже лопаток, прижимает слегка, и она прогибается под этим давлением, подаваясь вперёд, её босые ноги вытягиваются, пятки сходятся вместе. Он проводит вибратором вдоль её позвоночника, от копчика до шеи, медленно, один раз, потом второй, и только потом отодвигает чёрные шорты своей свободной рукой, чтобы устроиться удобнее, его колени впиваются в ворс ковра по обе стороны от её бёдер.
| К началу | К концу |
|---|---|
| Она лежит на животе лицом к нему | Она лежит на животе, уткнувшись лицом в ковёр |
| Он стоит на коленях рядом с ней | Он сидит на её бёдрах, откинувшись назад |
| Вибратор лежит в его правой руке | Вибратор работает у неё между ног |
| Её рубашка скомкана у стола | Её рубашка так и лежит у стола |
После этого он наклоняется к её шее, его пальцы раздвигают волосы, обнажая кожу, и он застёгивает ошейник, чёрный ремешок с пряжкой, щёлкнув металлом о металл. Он затягивает его не туго, но так, чтобы он сидел плотно, не болтаясь, охватывая горло ровным кольцом. Её рука поднимается, пальцы касаются новой кожи на шее, скользят по гладкой поверхности, проверяя замок, и опускаются обратно на ковёр, ладонью вверх. Он берёт вибратор с пола, куда положил его на мгновение, включает его, и тихий гул наполняет комнату, сливаясь с шумом воды из приоткрытой двери ванной. Он проводит жужжащим кончиком по её спине, по рёбрам, вдоль руки, лежащей на полу, и она замирает, её плечо вздрагивает от неожиданного касания, её пальцы сжимаются в кулак, впиваясь в коричневый ворс.
Его нога у неё во рту
Она лежит на животе на белой плитке ванной, её тело вытянуто между его ног. Он сидит, опираясь спиной о чёрную стенку душевой кабины, его волосатая нога лежит поперёк её спины, чуть ниже её лопаток. Её голова повёрнута вбок, щекой она прижата к его другой ноге, той, что ближе к полу. Она целует его голень чуть выше щиколотки, её губы с пирсингом языка мягко прикасаются к коже, затем снова, уже чуть выше. Она не торопится, её движения медленные и однообразные, будто она считает удары или просто забылась. Он сидит неподвижно, его руки лежат на его собственных бёдрах, он смотрит в сторону раковины, где на краю висит белое полотенце. Так проходит несколько минут, её губы всё так же касаются его кожи, перемещаясь по голени всё выше, к колену.
Больше подобных видео собрано в специальном каталоге — парно.
Потом она приподнимается на локтях, её спина выгибается, и она перебирается чуть ближе к нему, меняя угол. Теперь её рот находит его колено, она целует его сбоку, над коленной чашечкой, затем переходит на бедро. Её движения остаются такими же размеренными, она не отрывается от его ноги, будто выполняет давно заведённый порядок. Он по-прежнему не двигается, его взгляд теперь устремлён в чёрно-белый пол, его руки так же лежат на себе. Фиолетовый вибратор лежит в ногах у него, на стыке чёрной и белой плитки, нетронутый. Её серьги-кольца почти не шевелятся, лишь слегка покачиваются в такт её едва заметным движениям головы.
Затем он медленно убирает ногу с её спины и опускает её на пол. Он наклоняется вперёд, его руки тянутся к её голове. Его пальцы входят в её волосы, чуть ниже того места, где застёгнут её ошейник. Он не дёргает и не тянет, а просто кладёт ладони на её затылок и виски, охватывая её голову. Она перестаёт целовать его ногу и замирает, её лицо всё так же прижато к его бедру, её тело неподвижно на холодной плитке. Он держит её голову, не двигая ею, просто удерживая на месте. Так они и остаются: он сидит, наклонившись, она лежит у его ног, её рот приоткрыт у его кожи, а его руки лежат на её голове, не давая ей подняться или отодвинуться. Белое полотенце на раковине не шелохнётся.
На ковре под ним
Они перемещаются на коричневый ковёр, и она ложится на спину. Он ложится на неё сверху, его тело полностью покрывает её, и его ноги с тёмными волосами оказываются по бокам от её бёдер. Её рубашка в клетку давно снята и лежит где-то на белом столе, а его чёрные шорты всё ещё на нём. Её чёрные туфли на каблуках ещё на ногах, они лежат неподвижно, уткнувшись каблуками в ворс ковра. Его руки лежат на ковре по обе стороны от её головы, он не опирается на локти, а просто лежит, и его лицо скрыто где-то в районе её шеи. Её руки лежат вдоль тела, ладонями вверх, пальцы слегка согнуты и не двигаются. Она лежит неподвижно, глядя в потолок поверх его плеча, и её ошейник тонкой полоской кожи окружает шею. Её серьги-кольца неподвижны, а пирсинг в пупке скрыт под его телом.
Они лежат так минуту, потом другую, и ничего не меняется. Он не двигается, она не двигается, только дыхание слегка приподнимает его спину и её грудь под ним. Рядом на ковре, в полуметре от её вытянутой руки, лежит чёрная сумка, а на ней — телефон тёмным прямоугольником. Ещё чуть дальше, почти у ножки белого стола, лежит фиолетовый вибратор, оставшийся с того момента, когда она лежала на животе. Белое полотенце из ванной так и осталось там, на чёрно-белой плитке, и никто не идёт его брать. Чёрные двери в комнате закрыты, белые стулья стоят на своих местах, ничто не сдвинуто и не переставлено. Всё находится там, где осталось, и они лежат в центре комнаты, он на ней, она под ним, и время проходит, а они продолжают лежать.